Статья продается только в составе журнала

       В полутьме Международного центра фотографии в Нью-Йорке из рам розового дерева смотрят призраки «бостонских браминов» середины XIX в. Это работы Альберта Сэндса Саутуорта (Alberth Sands Southworth) и Джосайи Джонсона Хоза (Josiah Johnson Hawes) — «рембрандтов»  дагеротипии, первой практической формы фотографии. Скромная невеста в белом крепе теребит свои ленты; исподлобья глядит суровый и надменный сенатор Дэниел Вебстер.
      Когда в 2005 г. отрылась выставка «Молодая Америка», на ней были представлены дагеротипы, на которых 150 лет назад были запечатлены кумиры времен перехода страны из отрочества в статус мировой державы.
       «Каждый снимок сверкает на стене, как драгоценный камень в перстне», — писала газета New York Times в своем обзоре.
Однако через месяц с начала показа на изображениях на серебряных пластинках начали проступать повреждения. Половину портрета женщины в длинной юбке покрыли белые пятна. У аболициониста Генри Ингерсолла Боудитча (Henry Ingersoll Bowditch) образовался нимб.
       Другие снимки покрылись пузырями. К концу работы выставки, через два с половиной месяца, испорченными оказались 25 дагеротипов, из них пять — очень сильно.
     Эти стремительные повреждения вызвали панику в узком мире дагеротипии. В отличие от фотографии, где с одного негатива можно сделать много отпечатков, каждый дагеротип уникален. Если изображение поблекло, оно потеряно навеки. Гибнущие изображения дают основания предполагать, что любой дагеротип может спонтанно разрушиться. Собиратели опасались потерять свои коллекции стоимостью в миллионы долларов, а хранители боялись, что их окна в XIX в. могут просто затянуться туманом.