Статья продается только в составе журнала

В апреле прошлого года, когда после разрушительного землетрясения и цунами в ядерных реакторах на японской АЭС «Фукусима-1» началось плавление топлива, среди добровольцев, готовых вернуться на станцию и взять ситуацию под контроль, оказался местный ремонтный рабочий, которому не исполнилось и 30 лет. Он знал о радиоактивном загрязнении воздуха, так же как и о том, что не получит компенсации сверх своего обычного скромного заработка. Тем не менее он вошел на территорию АЭС с высоким уровнем радиации и приступил к работе. «Лишь некоторые из нас могли бы выполнить такую работу, — сообщил этот человек, пожелавший не называть свое имя, газете Independent в июле прошлого года. — А я не женат и молод, и я чувствую, что обязан помочь решить эту проблему».
В отвлечении от обладания столь же возвышенными мотивами в природе встречается множество примеров подобного альтруизма. Так, клетки организма взаимодействуют между собой, чтобы контролировать свое деление и предупредить развитие рака; рабочие муравьи многих видов жертвуют собственной продуктивностью ради служения самке-царице и всей муравьиной колонии; самки льва одного прайда кормят своим молоком детенышей друг друга. Одни люди помогают другим в самых разнообразных делах — от добывания пищи до поиска товарищей для защиты территории. Даже если такие помощники не отдают общему делу все силы, они рискуют уменьшить свой собственный репродуктивный
успех ради иного индивида.
Биологи десятилетиями ломали голову над понятием сотрудничества (кооперации), стараясь понять его смысл в свете господствовавшего представления об эволюции, по образному выражению английского поэта, лорда Альфреда Теннисона, как о «крови на зубах и когтях». В своем положении об эволюции путем естественного отбора, по которому особи с предпочтительными свойствами размножаются успешнее своих сверстников, тем самым способствуя благополучию следующего поколения, Чарлз Дарвин назвал такое соперничество «упорной борьбой за существование». Доведенный до своей логической крайности, подобный подход быстро приводит к заключению, что индивиду никогда не следует помогать соперникам, а для продвижения вперед вполне допустимо врать и мошенничать. Ведь главное — любой ценой одержать победу в жизненной игре.
Почему же тогда альтруизм приобрел столь широкое распространение? На протяжении последних двух десятилетий я использовал методы теории игр для изучения этого очевидного парадокса. Как показало мое исследование, сотрудничество не только не противостояло соперничеству, но действовало одновременно с ним в организации эволюции жизни на Земле с самого начала — от первых клеток до появления Homo sapiens. Таким образом, жизнь — не просто борьба за выживание: она, можно сказать, также объединение живых организмов ради выживания. Причем ни у кого из них эволюционное влияние фактора сотрудничества не проявилось в большей степени, чем у людей. Полученные мною данные подсказывают, почему так случилось, подчеркивая в то же время, что помощь друг другу не только всегда была ключом к нашим прежним успехам, но и может оказаться жизненно важной для нашего будущего.